В результате российской агрессии погибли 67 священников и разрушены 650 храмов, — МИД
Об этом во время презентации отчета «Контроль веры силой» рассказал автор документа и религиовед Владислав Гаврилов, передает ZMINA.
Медийная инициатива по правам человека представила результаты исследования фактов преследования Российской Федерацией представителей различных религиозных конфессий на оккупированных территориях.
По словам Гаврилова, деятельность РПЦ на захваченных территориях направлена на распространение пропаганды «русского мира» и тотальную зачистку религиозного ландшафта. Оккупационные власти прибегают к системным преследованиям духовенства, запретам богослужений и принудительному захвату храмов.
«Русская Православная Церковь превентивно готовит монополию религиозной жизни. Они приносят свою идеологию, свою политику, полностью зачищают религиозное пространство других церквей, уничтожают их и преследуют», — отмечает автор отчета.
Гаврилов отмечает, что методы давления включают угрозы заключения, требования нарушать тайну исповеди и физическое уничтожение несогласных. В частности, пастору церкви «Благодать» Михаилу Брицину из Мелитополя оккупанты прямо заявили, что протестантские церкви не имеют права на существование и со временем будут запрещены даже в самой РФ в пользу РПЦ. Аналогичное давление испытывает и Украинская Греко-Католическая Церковь.
Показательна история священника УГКЦ Александра Богомаза. Сотрудники ФСБ требовали от него нарушить тайну исповеди, чтобы выявить проукраинских граждан. В случае отказа ему угрожали подбросить оружие и запретную литературу для фальсификации против него дела. В конце концов, его депортировали на подконтрольную украинским властям территорию.
Двух других священнослужителей УГКЦ — Ивана Левицкого и Богдана Галету — оккупанты незаконно содержали в Бердянской и Горловской колониях. При задержании их привезли в изолятор для оформления протокола об обязательстве получать разрешение оккупационных властей на служение. Место и условия их пребывания оставались неизвестными до момента освобождения. Состояние здоровья Галеты ухудшалось из-за сахарного диабета и отсутствия необходимых медикаментов. В июне 2023 года их обоих освободили.
«Также отцам говорили, что мы якобы нашли у вас оружие и вам дадут 25 лет лишения свободы, если вы не перейдете в Русскую Православную Церковь», — рассказывает Гаврилов.
Похожая ситуация наблюдается и в общинах Православной Церкви Украины. В поселке Каланчак на оккупированной Херсонщине россияне замучили до смерти отца Степана Подольчака, а затем вызвали его жену для опознания тела.
«Российские оккупанты выломали дверь, затем полураздетому священнику надели мешок на голову и вывезли в неизвестном направлении», — говорится в отчете.
Также россияне применяют к украинскому духовенству репрессивные меры в форме принудительной депортации. Например, 74-летнего мелитопольского священника ПЦУ Святослава Питерского выселили из-за отказа признать результаты псевдореферендума по аннексии Запорожской области.
Кроме священников ПЦУ, оккупанты также репрессируют украинских духовников УПЦ МП. В январе 2025 года оккупационный суд Запорожской области приговорил протоиерея из Токмака Константина Максимова к 14 годам лишения свободы. Мужчину признали виновным в шпионаже в пользу Украины. Причиной преследования стал отказ подписать документ о переходе Бердянской епархии УПЦ в непосредственное подчинение РПЦ.
«РПЦ сейчас работает не как церковь, а как идеологический инструмент, который прямо и цинично используется для того, чтобы преследовать украинцев на оккупированных территориях и уничтожать религиозную свободу», — добавляет он.
Священник Константин Максимов служил в храме Успения Пресвятой Богородицы в Токмаке Запорожской области с 2021 года. Вскоре после начала полномасштабного вторжения в феврале 2022 года россияне оккупировали Токмак.
Уголовное производство против Максимова возбудили по материалам ФСБ. Священнослужитель с апреля 2022 по февраль 2023-го якобы собирал сведения с координатами дислокации технических средств противовоздушной обороны России, расположенных на территории города Токмака и района. Впоследствии передавал их Службе безопасности Украины.
Так называемый Запорожский областной суд, расположенный в Мелитополе, признал Максимова виновным в шпионаже и приговорил к 14 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Мать пропавшего священника Светлана Максимова сообщила, что 16 мая 2023 года Константин выехал из оккупированного Токмака с волонтерской гуманитарной миссией через Крым. Утром того же дня мужчина по телефону сообщил друзьям, что подъехал к контрольно-пропускному пункту в городе Чонгаре. Священнослужителя сняли с рейса и задержали российские военные.
