В США развеяли миф о «защите христианства» путинским режимом
Статью об этом опубликовал американский журнал National Review. Автор текста – заместитель руководителя Офиса президента Украины Елена Ковальская – рассказала о Национальном молитвенном завтраке, который состоялся в Киеве в августе, а также о реальном отношении агрессора к религии. Об этом пишет OBOZ.UA.
Молитвенный завтрак 25 августа собрал 1200 гостей из 55 стран мира. Один из них – Максим Кулик, украинец, верующий церкви христиан евангельской веры. Его семья погибла в собственном доме в результате российского ракетного обстрела Кривого Рога в ноябре прошлого года. Когда Кулик вспоминал своих родных и рассказывал обо всем, что он пережил, многие плакали.
Накануне прошлогоднего молитвенного мероприятия состоялся масштабный обмен пленными. Тогда Украина вернула двух украинских греко-католических священников: Богдана Гелету и Ивана Левицкого. Они служили в Бердянске, в приходе церкви Рождества Пресвятой Богородицы. 16 ноября 2022 года российские оккупационные войска захватили их и с тех пор держали в плену, избивали, пытали и устраивали имитацию расстрелов, чтобы запугать. За то, что они представляли веру, которую не признает российская власть.
Подобные инциденты происходят слишком часто. Сотни протестантских пасторов и евангельских христиан на ВОТ Украины постигла та же участь, что и Гелету и Левицкого. С начала полномасштабного вторжения Россия разрушила 652 церкви в Украине и убила 67 пасторов и священников. Жестокие преследования представителей различных религиозных общин начались еще в 2014 году, сразу после оккупации Крыма и частей Донецкой и Луганской областей.
Захватчики задерживали, пытали и даже убивали «иноверцев». Например, 8 июня 2014 года в Славянске российские боевики расстреляли четырех верующих протестантской церкви «Преображение Господне». Пастора Александра Хомченко задержали и жестоко пытали, в частности на дыбе. Мужчина скончался от полученных травм.
После того как РФ развязала полномасштабное вторжение, подобные преступления не просто продолжились, а усилились. Михаил Брыцин, пресвитер церкви евангельских христиан «Благодать» из Мелитополя, рассказал, что после захвата города российские военные пытались склонить духовенство к сотрудничеству. Но оно не согласилось. И весной 2023-го, в год оккупации Мелитополя, все местные церкви уже были закрыты – за исключением храмов УПЦ МП. В здании крупнейшей протестантской церкви россияне разместили штаб ЧВК «Вагнер».
Сергей Анохин, пастор баптистской церкви «Вифания» из Бучи, во время бойни в городе спрятал сотни людей в подвале своей церкви. Он и его прихожане выжили буквально чудом – потому что россияне, штурмовавшие храм, приняли их за православных христиан Московского патриархата.
Известно, что на временно оккупированных территориях арестованы и подвергнуты пыткам более сотни протестантских пасторов и служителей. Оккупанты также преследуют последователей Православной церкви Украины и греко-католиков. В феврале 2024 года стало известно, что в Каланчаке Херсонской области захватчики замучили до смерти священника Степана Подольчака, который продолжал богослужения на украинском языке. Федеральная служба безопасности России неоднократно вызывала его «на беседы», требовала переходить в Московский патриархат, но он отказывался. За это его убили.
До частичной оккупации в Запорожской области насчитывалось более 20 приходов Греко-Католической Церкви. Сейчас их только семь, и все расположены на подконтрольной Украине части региона.
Наиболее преследуемыми являются протестанты: баптисты, пятидесятники, адвентисты седьмого дня. Любимая мишень российских оккупантов – свидетели Иеговы, деятельность которых в России полностью запрещена. «Российская власть не терпит никакого инакомыслия, никакой религиозной свободы, никакого порыва к Богу или истине, кроме того, что исходит от московской патриархии», – указала Ковальская.
Она подчеркнула, что Украина, наоборот, была и остается высокорелигиозной страной, уважающей права верующих. «Религиозные группы, преследуемые Россией, могут свободно исповедовать свою веру в нашей стране», – написала автор.
«Свободы и религиозные права, завоеванные нами в прошлом, не должны быть утрачены из-за того, что Путин решил вторгнуться в нашу страну. Если мы откажемся от своей земли, к чему многие призывают, мы, по сути, бросим наших братьев во Христе, которые остались там страдать. Мы не откажемся от своих религиозных свобод», – подчеркнула она.
